В гримерке Олега Янковского непривычно тихо. На столе — детский рисунок. Он смотрел на него перед каждым выходом на сцену. И даже в последние месяцы, несмотря ни на что, жил и, как бы, говорил нам: «Улыбайтесь, господа, улыбайтесь».